Красное и чёрное

«Красное и Черное» (Le Rouge et le Noir) французского писателя Мари-Анри Бейля (куда более известного под своим литературным псевдонимом «Стендаль») - это, пожалуй, ключевой образчик-предшественник «психологического реализма» - направления, которое ко второй половине XIX века стало преобладающим в европейской литературе сменив собой эпоху романтизма. К 40-м годам XX века под влиянием тогдашних реалий, литературного наследия таких авторов как Достоевский, Эдгар По и тот же Стендаль, американского «крутого детектива» из палпа 30-х и его главных апостолов в лице Чандлера, Хэммета и Кейна, а также совершенно новой эстетики вобравшей в себя черные фетровые шляпы, кроваво-красную губную помаду, дымящиеся сигареты, дождливые улицы больших городов, порочность человеческих душ и ощущения опасности, обреченности и одиночества - психологический реализм реинкарнирует в «черное кино», тот самый «фильм-нуар», а в дальнейшем и в нуар-прозу. И, вне всяких сомнений, «Красное и Черное», как и, во многом, наследующее ему «Преступление и Наказание», это прото-нуар 19 века. Как ни крути, но «Красное и Черное» - это типичная для нуара история взлёта и падения амбициозного человека, который готов пойти на всё ради реализации своих планов (из наиболее ярких примеров та же «Аллея Кошмаров» Уильяма Грешема или фильм «Из прошлого» с легендарным Робертом Митчемом в главной роли). Но в реалиях Франции «после Наполеона» и с упором на чувственное безрассудство главных героев. История простого паренька из семьи бедного плотника, который мечтает «выбиться в люди», но по пути теряет всё больше человечности и шагает по головам других, а в конце жестоко за это расплачивается, сегодня навряд ли бы стала чем-то инновационным в литературе, но это сегодня. А в 1830-х годах книга вызвала просто бурю и заложила основы под целые жанры и субжанры. Проза Стендаля тягучая и детальная, герои раскрыты таким образом, что сам читатель решает, положительный ли тот или иной персонаж, или отрицательный. Никакой морально-этической оценки героям на страницах книги не выносится. Вы сами её вынесите. Если захотите. Зато даны предельно-подробные психологические портреты представителей самых разных слоев французского общества того времени. Автор интересно смешивает самые различные темы в своем произведении: политику и религию, верность и прелюбодеяние, богатство и бедность, любовь и ненависть. Лично для меня «Красное и Черное» всегда было в первую очередь о всепоглощающих амбициях, необдуманных поступках, ошибках молодости и губительных проявлениях честолюбия. О недостижимости той «мечты», что и не должна бы становиться мечтой. О кризисе личности, когда человек теряет себя настолько, что уже не знает какой он настоящий. О любви, которая могла бы спасти, но была отвергнута в силу гордыни и полного непонимания тех чувств, что кипят в тебе. Тебе выпало красное, но ты сам упорно продолжал ставить на черное… И самое главное, темы тут затронутые по-прежнему актуальны и для нашей эпохи, ибо сколько бы столетий не прошло, но человеческую природу и страсти, что её обуревают, ничто не изменит. Наверное, это и делает «классику» классикой. Она вне времени. Относительно самого издания - всё просто прекрасно. «Комильфо» держит марку на самом высоком уровне. Отличное визуальное оформление, белоснежная и плотная бумага, пропечатанный текст на каждой из 600 с гаком страниц. Такую книгу элементарно приятно держать в руках, даже не зная о её содержимом, а уж если знаешь… уууу 😅

Думаю, что многих оттолкнет от книги главный герой. По-началу он кажется слишком одномерным и через чур заносчивым, а образ его мышление вызовет непонимание. Его неоднозначность и трагизм борьбы с самим собой проявляются постепенно, даже медленно, и не все дойдут до этого момента начав чтение книги. Плюс, очень много описаний политических реалий Франции пост-наполеоновской эпохи. Людям далёким от социально-политического контекста книги это может показаться излишним и порядком затянутым. Но это всё с точки зрения субъективизма. Если смотреть объективно, то «Красное и Черное» прекрасный пример психологического реализма с глубокой проработкой характеров героев, их чувств и мотивации. Недостатков и минусов тут практически нет, ну, разве что, иногда слишком неспешный слог автора. Однозначная классика в отличном новом оформлении.

Опубликованный в 1830 году роман «Красное и Черное» берет за основу газетную статью, которую Стендаль прочитал в гренобльской газете. И уже с первых дней публикации роман неоднократно запрещали, обличали и многое другое (Оскар Уайльд со своим «Портретом Дориана Грея» понимающе кивает). Роман задел многих, и особенно людей обличенных властью. Оно и понятно. Стендаль нарисовал крайне неприятную картину высшего общества Франции 20-30-х гг. XIX века. Масла в огонь подливало и само название стендалевского романа, которое вызвало множество споров и недоумений — оно было глубоко новаторским. Во втором и третьем десятилетиях XIX века представители романтизма вводят в моду необычные и загадочные названия, однако, в отличие от стендалевского, они всегда объяснялись текстом, где в том или ином виде предлагалась их разгадка. В названии же стендалевского произведения содержится загадка без какой-либо разгадки. Просто «Красное и Черное». И всё тут. Впоследствии было выдвинуто немало гипотез, почему автор выбрал для романа такое название, но однозначного мнения на этот счёт в литературоведении не сформировалось и по сей день. Красное - чёрное можно трактовать и как символ двух карьер Сореля  - военной и духовной, и как игру в рулетку, где красное - выигрыш, а чёрное - проигрыш. Игра постоянно присутствует в поведении ГГ, ибо ему почти всегда приходится надевать маску — лицемерить, играть роль, нередко на грани жизни и смерти. Да и вообще следует сказать, что тема игры, человеческих масок и вторых личностей станет постоянной в творчестве Стендаля именно после этого произведения. Также оппозиция «красное - черное» символизирует то внутреннее противоречие, которое переживает герой, а также его конфликт с миром. Если красный цвет — это, при определенном трактовании, радость, победа, красота, то чёрный цвет - это всегда и однозначно скорбь, одиночество, несчастье и смерть. Читатель волен выбирать сам, что ему ближе или прийти к своим собственным выводам. Стендаль загадал загадку, но такую, где любой ответ может быть верным или неверным в равной степени (в этот раз обойдусь без аналогий с двумя сторонами одной монеты, нувыпонели). А что же у нас там с самой историей? О, с историей полный порядок, поверьте мне. Восемнадцатилетний Жюльен Сорель - главный герой романа. Он хочет быть епископом, но жаждет только одного - привилегий, связанных с этой должностью. Сам он в Бога не верит. Жюльен беден и не имеет знатного происхождения, он - обыкновенный деревенский парень, и дорога на вершину пищевой цепочки для него закрыта (на первый взгляд…), однако он имеет целый ряд других козырей у себя в рукаве: острый ум, рассудительность, самодостаточность, высокая адаптивность к сложившимся обстоятельствам, немалый талант к тактическому и стратегическому мышлению (правда, в дальнейшем ситуативность и порывистость берут над ним верх, и Жюльен больше не способен просчитать «игру» даже на один ход вперёд), честолюбие, амбициозность (к сожалению, порой излишняя и подогреваемая его ненасытной гордыней), при этом он остаётся чувственным, эмоциональным, крайне обидчивым и многого непонимающим чисто в силу своего возраста. Он - Человек Идеи. Идейность его натуры может даже вызвать некое уважение, ибо Жюльен не просто словами, но и своими действиями показывает сколь многим он готов пожертвовать ради Идеи (только вот эта «идея» - пустышка. Фантазия, несбыточная мечта парня, который, несмотря на все свои незаурядные таланты, так и не научился отличать зерна от плевел, плохое от хорошего, красное от черного). Это во многом роднит его с Родионом Раскольниковым (не секрет, что Федор Михайлович поглядывал на «Красное и Черное» при написании своего бессмертного произведения). Но на этом их «родство душ» не заканчивается. Жюльен Сорель ярый поклонник Наполеона, он мечтает повторить его судьбу. Постоянно сравнивает свою личность с личностью Бонапарта. В какой-то степени, он одержим Наполеоном (запущенная форма «наполеонизма», как и у Раскольникова. Непонятно, чью душу больше терзает титаническая фигура Великого Полководца и Завоевателя - сына деревенского плотника из Франции или несостоявшегося студента-юриста из Петербурга?). Жюльен полагает, что если бы родился во времена Наполеона, то добился бы многого, а теперь ему приходится лицемерить и идти обходными путями, но он этого не хочет, это претит его природе. Он понимает, что ради достижения своих целей нужно хорошо относиться к людям, которых не любишь или даже презираешь. Да, он перешагивает через себя стиснув зубы, надевает на себя маску чуждого ему человека и пытается лицемерить, но у него редко это хорошо получается. Постоянно ломая себя об колено во имя Цели (такой себе цели, если уж говорить так, как есть), он постепенно теряет себя настоящего и теряет связь с реальностью, с окружающей действительностью. Слишком уж мятежен его дух, слишком сильно его понимание Чести и Достоинства (пусть и в весьма своеобразном ключе), слишком велика его гордыня, когда понимаешь, что твоё место рядом с Бессмертным Воителем на поле боя, но ты вынужден играть в скользкие игры с ничего из себя не представляющими ничтожествами из «высшего света». И этот взрывоопасный коктейль из эмоциональности, тщеславия, вспыльчивости и порой отчаянной храбрости всё-таки даёт свои горькие плоды. Врожденная огненная чувственность и дух противоречия, что раздирает его изнутри, берет верх над холодным умом циничного стратега. Страсть стать тем, кем он по своему происхождению никогда бы не смог стать, окончательно пожирает Сореля. Для достижения своей цели он уже не останавливается ни перед чем. И эта заносчивость, презрение к окружающим, чувство превосходства над ними и неуемное стремление взобраться наверх любыми путями становятся той причиной по которой Жюльен не может надолго задержаться где бы то ни было или найти общий язык с кем-либо. Его жизнь превращается в бесконечные эмоциональные качели и метания из крайности в крайность (и каждая новая - гораздо хуже предыдущей). Единственное, что получается у нашего «героя» хорошо – добиться желаемого, соблазнив дочь очередного своего благодетеля, отплатив ему, так сказать, за все хорошее. Но и здесь Сорель не может удержать удачу в руках. Продолжая свои метания и любыми способами избегая открыть своё сердце перед той, что действительно его полюбила. Запутавшись в масках, что он постоянно меняет, и уже неспособный просто быть собой - он теряет всё то немногое, что у него по-настоящему было, но которое он так и не научился ценить. В итоге выбранный им путь обиженной гордости, желания пробиться, не считаясь ни с чем и ни с кем, тщеславное стремление доказать, что он – лучший, приводят к закономерному концу, а «жили они долго и счастливо» не получается. Только под самый конец до Жюльена доходит, что не к тому счастью он стремился и не на ту гору карабкался (всё-равно слетел вниз, поскольку по-другому с ним и быть не могло). Однако… для него уже слишком поздно. Этот роман – отличная иллюстрация того, как НЕ надо себя вести во многих жизненных ситуациях. И в первую очередь, что нужно вести себя по отношению к другим людям искренне. Открыто. Оставаясь самим собой. Ну да, хорошо, если ты занимаешься политикой или везешь тайное донесение – можно и поиграть чужую роль. Надеть временную маску, а потом сбросить, как сбрасываешь перчатки. Но к чужому сердцу нужно прикасаться чистыми руками! Своими руками без каких-либо перчаток. А не изображать безразличие или пытаться показать себя тем, кем ты не являешься (и кем никогда являться не будешь, что важно). Чистые руки, холодная голова и горячее сердце! Вот наш девиз! Хотя… Стоп! Так дело не пойдёт. Вот этого нам не нужно. Это что-то из чекизма и красных заветов «Железного» Феликса Эдмундовича. Спасибо, но нет. Тогда скорее: прямой взгляд, чистая совесть, открытое сердце и спокойный мозг. Вот так будет как-то получше😏 P.S. Когда перечитывал роман в этот раз, то неоднократно ловил себя на мысли, что хочу переслушать что-нибудь из песен группы Chromatics или Ланы Дель Рей (композиции Salvatore, Dark Paradise или Ultraviolence идеально вписываются сюда). Или что-то из нью-романтиксов 80-х типа Red 7 - Heartbeat, Loz Netto - We Touch или Shriekback - Underwater Boys. Забавно, что роман первой половины 19 века вызвал у меня такой неслабый вайб по 80-м годам века 20-го. Но что-то «такое» в нём и правда есть. Недаром про «Красное и Черное» часто говорили, что Стендаль написал роман не своего времени. Нууу… определенно соглашусь с этим.