Глобальность и самобытность. Русская идея и международная теория в XXI веке

Рассматривается вопрос о соотношении глобального и национально-самобытного, остающийся в течение последних примерно 15 лет предметом нового «большого спора» в науке о международных отношениях. Авторы показывают, что, несмотря на доминирование в западном академическом мейнстриме позиций западного «универсализма», продолжает усиливаться и их критика. Декларируемая важность учета незападных интеллектуальных, социокультурных и исторических традиций самобытности в формировании глобального взгляда на мир не содержит осмысления самого понятия самобытности, а подменена понятиями регионов и множественных агентов-участников. Однако без такого осмысления невозможны ни историческая реконструкция глобального, ни осмысление его социально-интеллектуальных корней. Любая теория содержит в себе несколько уровней и строится на основе важных идейно-политических допущений, национальные различия которых едва ли удастся преодолеть в результате общенаучного диалога. Точно так же и теория международных отношений есть продукт времени, места, социокультурных обстоятельств и конкретных интеллектуальных усилий. Она по определению не может быть универсальной и должна выстраиваться исходя из местных особенностей и условий. Общенаучные понятия не могут быть выработаны и подтверждены лишь из одной части культурно противоречивого мира. Поэтому условием развития науки должен быть социокультурный и политический диалог ученых, представляющих разные страны и части современного мира. Для России это означает, во-первых, важность понимания собственных историко-социальных условий, во-вторых, необходимость мобилизации собственного интеллектуального капитала в их осмыслении и выработки на этой основе соответствующих национальным интересам подходов к изучению международных отношений.