Побег куманики

«Люди стремятся к телам других людей, потому что им тоскливо в своих собственных, и еще — потому что им сказали, что красотой следует обладать, но как можно обладать химерой? красота — это морок, преломление света, в каждом столетии она другая, смешно надеяться, что трением и скольжением ты заставишь ее покориться или хотя бы сможешь осознать».

«И вот я говорю доктору все как на духу — что хочу быть не здесь, а в другом месте, там, где мои собственные слова превращаются в людей, деревья, заросли олеандра, толстых белок и каменные пещеры, где я их создатель, первовиновник бытия, хозяин их радостей, повелитель их бедствий, и только я знаю, каковы будут их черты, и как они будут меняться со временем, как станут звучать их голоса, и какая краска потечет по жилам, неаполитанская желть, умбра или ярь венецианская».

«Прошлое — это литература, в нем нет живой плоти, только слова, а слова легко переставить местами, особенно если ты единственный читатель».